features



Nomos — собственная формула успеха

English Español
Декабрь 2011


На Baselworld-2010 выставочный стенд немецкой часовой марки Nomos вызвал неоднозначную реакцию. Двухэтажную конструкцию дополняла внешняя лестница, казалось, попавшая под бомбежку (фото сверху). Но “руины” никак не отразились на всеобщем радостном настрое представителей марки. Жизнь кипела даже на галерее. Впервые за 16 лет своего участия в базельской выставке Nomos удалось заполучить местечко среди именитых марок в Зале 1 на втором этаже. Расположившиеся по соседству марки, по словам организаторов выставки, жаловались, что стенд Nomos не соответствует высоким стандартам престижного мероприятия. Разрушенная лестница стала шутливым намеком на охватившее выставку маниакальное стремление к совершенству.

Nomos — собственная формула успеха

Современная история

Может ли часовая марка обладать чувством юмора? Явление, почти беспрецедентное в часовой отрасли, за исключением, пожалуй, Nomos. Главный идейный вдохновитель марки — выходец из Дюссельдорфа Роланд Швертнер, основавший компанию уже через два года после объединения Германии. Швертнер, родившийся в 1953 году, изначально никакого отношения к часам не имел. Как говорится в изданной в 2006 году “Энциклопедии Nomos”, выполняющей в том числе функцию каталога, он успел попробовать свои силы “в грузоперевозках, занимался компьютерами, участвовал в модных съемках, бросил учебу в университете, а потом получил степень МВА”. Деловой хватки Швертнеру было не занимать. Он приобрел названия часовых марок, гремевших в прошлом. Позже он подарит одно из них своему другу и партнеру Гюнтеру Блюмляйну, который свел его с “нужными людьми” в Швейцарии. Из всего набора старых названий Швертнеру особенно понравилось Nomos, греческое слово, означающее “закон”. В самом начале ХХ века существовала одноименная марка, придумавшая отличный маркетинговый ход: она посылала свои часы знаменитым писателям и композиторам, не требуя в ответ ничего, кроме письменных отзывов о них. При этом марка забывала упомянуть, что эти письма потом публиковались в качестве рекламы в самых популярных журналах того времени.

С самого начала своего основания Nomos подошла к вопросу коммуникаций совершенно по-другому, чем конкуренты. Вместо того чтобы воспользоваться услугами профессионального PR-агентства, марка сформировала собственный рекламный отдел.

Но давайте поговорим о собственно часах. Швертнер начинал со съемной квартиры, где трудились три местных мастера. Большинство компонентов закупалось в Швейцарии. Немецкий дизайнер Сюзан Гюнтер нарисовала эскизы первой модели марки, Tangente, за годы обретшей статус культовой. Простая, будто нарисованная детской рукой, модель имеет две стрелки из вороненой стали, крупные цифры и почти бесплотный корпус. Вскоре Швертнер умудрился рассориться с ближайшими соседями, имевшими возможность вкладывать значительные суммы в производство компонентов у себя на родине, в Гласхютте. Они пытались помешать ему разместить упоминание о родном городе — Glashütte — на циферблате его часов.

Nomos — собственная формула успеха

TANGOMAT GMT

Свой собственный вокзал

Nomos стала одной из самых известных мануфактур Гласхютте. Секрет ее успеха прост — медленный, но уверенный рост без ненужного внешнего пафоса. Согласно той же “Энциклопедии”, цена на часы Nomos формируется, исходя из “стоимости материалов и работы и (почти) ничего другого”. Именно по этой причине вы не увидите повальной рекламы марки на каждом углу.

С постепенно растущей интеграцией производства марка столкнулась с проблемой нехватки производственных площадей. Большинство промышленных зданий уже было занято Glashütte Original или Lange & Söhne. Поэтому Nomos решила обосноваться на железнодорожном вокзале, пустующем с тех пор, как железная дорога стала собственностью Deutsche Bahn. После полной реконструкции вокзал стал сердцем мануфактуры. Здесь находится здание администрации, отдел поставок и цех с компьютеризованными станками для производства платин и мостов и токарные станки для вытачки миниатюрных осей. В конструкторском отделе на втором этаже Мирко Хейне, подаривший Nomos первый собственный калибр с автоподзаводом, трудится над новыми механизмами и усложнениями. Здесь есть даже своя экспериментальная лаборатория, разрабатывающая концепции элитных механизмов. Лаборатория совершенно отрезана от внешнего мира с его суетой, позволяя мастерам достигнуть того состояния внутреннего мира и безмятежности, которое их швейцарским коллегами обеспечивает вид зеленых лугов Валь-де-Жу. “Элитные механизмы?” — спросите вы. Не стоит забывать, что именно Nomos разработала для Wempe механизм с турбийоном. Сборка и тестирование механизмов с последующей “упаковкой” в корпус производятся в приобретенном маркой здании на другом конце деревушки.

Nomos — собственная формула успеха

ORION DATUM, ZÜRICH WELTZEIT

Функциональная сдержанность

Часы марки Nomos отличает красноречивый лаконизм. Большинство имеют только часовую, минутную и маленькую секундную стрелки. Многие годы ассортимент марки представлял собой вариации на тему первых моделей — Tangente в стиле баухаус, Tetra в квадратном корпусе, Ludwig в классическом стиле и Orion в круглом корпусе. Основные процессы происходили под циферблатом. Сначала различные часы оснащались одним и тем же калибром, Peuseux, с незначительными модификациями. Однако с годами он видоизменялся, пока, наконец, не превратился в оригинальный мануфактурный механизм с типичной для Гласхютте верхней платиной в три четверти и мостом баланса оригинальной формы. В 2005 году у марки появился первый собственный калибр с автоподзаводом, первая модель с усложнением — функцией мирового времени — в 2010-м. Новая линия часов увидела свет в 2009 году. Она получила название Zürich в честь родного города швейцарского дизайнера Ханнеса Веттштайна. К сожалению, автору так и не довелось увидеть свое детище в действии.

Источник: журнал Europa Star декабрь-январь 2011-2012