editorials



Стратегические аукционы

English Español
Январь 2008


Стратегические аукционы

В этой статье мы не будем вдаваться в детали драматичных перепетий мировых часовых аукционов. Мы также не собираемся обвинять или оправдывать участников этих аукционов. Дело Antiquorum пока еще представляется слишком путанным и чересчур свежим для того, чтобы можно было сделать определенные заключения по поводу этой истории.
Однако все подобные события подтвердили: часовые аукционы превратились в один из главных тактических инструментов мировой часовой индустрии. Они стали основной ареной, на которой часовые марки зарабатывают или теряют репутацию. Абсолютная “ценность” часового бренда зависит от ценовых предложений на его продукцию, озвучиваемых в ходе аукциона.
Насколько же оправданным и справедливым представляется такое положение дел?
Мы вправе поставить этот вопрос в силу нескольких причин. Во-первых, стремясь подражать миру искусства, часовая отрасль забывает, что ее продукция может претендовать на статус произведений искусства лишь отчасти. Субъективное восприятие является неотъемлемой составляющей процесса оценки произведения искусства, будучи тесно связанным с доминирующими вкусами и модой, но этого нельзя сказать в отношении продукции часовой отрасли. (В этой связи уместно вспомнить, что оба “рекордсмена” аукционных торгов — Ван Гог и Гоген — умерли в нищете.)
Мы не требуем от художественного произведения, чтобы оно было “добротно сделано”. Оно должно быть впечатляющим, убедительным, актуальным для своего времени, отражающим это время и одновременно противоречивым ему. В противоположность этому в часах мы желаем видеть техническую безукоризненность, эстетическую привлекательность, мастерское исполнение и максимально возможную точность хода. Часы являются прежде всего произведением прикладного, а не художественного искусства, и практически всегда они — плод совместной работы. В этом смысле заявляемая в ходе аукциона ценность часов в некоторой степени обманчива, поскольку делает основной упор на важный, но второстепенный аспект субъективности и иррациональности восприятия модели часов. Во-вторых, стремясь повысить аукционные цены на свои модели, часовщики рискуют искусственно их раздуть, а это в итоге приведет к тому, что пузырь лопнет. И когда это произойдет, заоблачные цены на часы в одночасье рухнут ниже их рационального уровня.
Хотя за последние десятилетие аукционы в значительной мере способствовали признанию часов в качестве объекта коллекционирования все большим числом их почитателей, они, в известном смысле, исчерпали свой потенциал. Таким образом, аукционы превратились в оружие, которое может запросто обернуться против самой часовой отрасли. Такую возможность хорошо иллюстрирует недавняя статья в Wall Street Journal. Пусть и спорная, причем спорная по целому ряду моментов, она высказывает подозрения в отношении прозрачности проведения часовых аукционов, заявляя, что часовые бренды манипулируют ценами на них.
Но, как говорится, “грязь налипает”. Стараясь изо всех сил раздуть цены, часовая отрасль рискует однажды нажить себе неприятностей, будь то по уважительным или не очень причинам.
Однако не будем забывать о позитивном: часы не создаются неприкаянными, нищими и одержимыми художниками. Их создают искусные ремесленники и толковые бизнесмены, что, впрочем, вовсе не умаляет того уважения, которого заслуживают часовщики.


Источник: журнал Europa Star декабрь 2007 – январь 2008